Если у нефти есть будущее, как минимум в ближайшие 30-40 лет, то перспективы угольной промышленности остаются туманными. По данным НПО Greenpeace и CoalSwarm, компании Индии – второй по величине страны-потребителя угля в мире – уже возглавили список уходящих из отрасли игроков, их примеру следуют компании США. В Англии полностью отказались от добычи твердого топлива и буквально на днях последнюю угольную шахту закрыли в Германии в связи с нерентабельностью данного энергетического компонента. Возникает резонный вопрос: постигнет ли та же участь казахстанскую угольную генерацию в скором времени?

«На взгляд некоторых экспертов, у угля, несомненно, есть будущее, просто в некоторыхстранах OECD к угольной отрасли относятся очень жестко. Другие же страны напротив активно работают в отрасли современными методами. Технологические прорывы существуют во всех областях энергетики, в том числе и с углем», – рассказал в кулуарах советник председателя Kazenergy и эксперт в энергетической отрасли Арман Сатимов.

Сегодня в мире насчитывается 2 499 инноваций по углю из 8 000 инноваций прорывного и продолжительного характера. Например, в Японии добывают до 1,3 млн тонн угля в год, а 200 млн тонн угля импортируют. И потребление угля в стране еще вырастет, потому что японцы понимают, что уголь помимо энергии дает большой набор различных минеральных компонентов. В нем есть литий, марганец и другие элементы, асовокупность всех редкоземельных металлов достигает 14-20%, добавил Арман Сатимов. План 2011 года подразумевал, что 10% энергии в стране – угольные, на 2030 год он пересмотрен на уровне 26%. За последние 2 года в стране построено 8 новых современных тепловых электростанций (ТЭС), в следующие 10 лет соорудят ещё 36 аналогичных угольных объектов.

«Активно применяются различные инновационные угольные технологии, где 16% связаны с эффективностью угля, а 84% с экологией угля. Представьте себе современную экологичную угольную станцию будущего – у нее нет дымовых труб, и соответственно нет выбросов в атмосферу. Sox, Nox, примеси очищаются через современные экологические водяные инновационные фильтры и в результате накопления твердых частиц выпадают в виде твердых осадков. Потом эти осадки собирают, производят строительные материалы, строят автодороги, фундаменты, здания. Таким образом, утилизация угольных выбросов доходит до 98%, вода же идет на повторную рециркуляцию», – рассказал Арман Сатимов.

По его словам, уголь можно назвать естественной батарейкой тесла, завернутой в одеяло земли. Его можно добывать, перевозить с минимальными потерями, хранить с минимальными затратами, можно на какое-то время прекратить использовать. В мире нет другого вида энергии, который можно хранить так же легко, а ведь вопрос хранения энергии является ключевым, на это тратится много средств. Важно понимать, что уголь может быть чистым, поэтому во многих странах появляется «зеленый уголь» (ЮАР, Китай), «голубой уголь» (Польша, Чехия) и так далее.

Поговорим немного о Китае. Сегодня Казахстан добывает примерно 100 млн тонн угля в год, в то время как КНР добывает условно 2,5 млрд тонн угля в год, что в 25 раз больше, чем казахстанская добыча. При этом в Поднебесной примерно 520 млн тонн угля конвертируют в синтетический природный газ (SNG), рассказал Арман Сатимов.

«Мы его называем Magic Gas. С помощью этого газа китайцы получают полигенерацию и водородную энергетику. Водородная энергетика – самая чистая энергетика в мире. Из водорода состоит вся наша вселенная, это самый легкий и самый теплотворный газ. Поэтому я считаю, что КНР в отношении угля и производства SNG действует правильно. На таком газе может работать транспорт, можно отапливать здания, производить энергию», – озвучил он.

Наряду с этим Арман Сатимов заметил, что в Казахстане уже есть инновационные предпосылки развития угольной генерации. На территории Карагандинской области есть проект, созданный «АрселорМиттал» и университетом имени К.И. Сатпаева, в рамках которого сейсмостойко добывают определенные объёмы метана.

«Только представьте, что всего в 200 километрах от Астаны есть газ в виде чистогометана, производимого из угля. Его примерные запасы составляют более 440 млрд кубометров газа. Это также решает проблемы дезагазификации местных угольных шахт, которые взрывоопасны за счет метана. Таким образом, сразу решится проблема безопасности, плюс производится новый компонент, который можно продавать на рынке, создавать новые деривативы, такие как сжиженный природный газ, который можно использовать для автомобилей, автобусов или карьерной техники», – продолжил он.

В Китае таким способом уже добываются 17 млрд кубов природного газа, такое же возможно и в Казахстане, считает Арман Сатимов. Так что у угля есть реальное будущее при инновационном подходе, разумеется, сделал он заключение. Нельзя забывать, что уголь используется домохозяйствами. Даже если населению будет предоставлена альтернатива в виде другого топлива – газа или сжиженного газа – не каждый казахстанец сможет приобрести газовое оборудование и провести в дом. Поэтому большая часть населения продолжитиспользовать уголь в качестве первичного топлива, и это продолжится до 2030-2035 гг., а может быть, и дольше, предположил эксперт.

«Один из факторов – «топливная бедность», когда из-за низких доходов не смогут использовать газовое оборудование, не смогут купить качественное оборудование, работающее на угле, и тем более любые альтернативные решения, основанные на возобновляемых источниках энергии. В некоторых странах, например, Монголии, Китае, реализованы государственные инициативы, когда местному населению предоставлялась возможность купить современные угольные домашние печи по субсидированной цене», - сказал он.

Резко отличающиеся климатические условия регионов Казахстана и большой разброс населения, отсутствие дешевых источников энергии будут способствовать тому, что уголь еще долгое время будет использоваться в Казахстане, заключил советник председателя Kazenergy.